Сердце в подарок - Елена Отчик

Только Дарья Васильевна замечала, с какой любовью, и непонятно откуда бравшейся грустью, Вениамин смотрит на дочурку. А сегодня с работы он пришёл вообще какой-то сам не свой.

– Наверное расстроен отсутствием жены так поздно, ладно, разберутся. – решила няня.

Лика домой пришла поздно, часы показывали начало двенадцатого ночи. Она тихонько прошла на кухню, включила свет и повернулась, чтобы поставить чайник, решила перед сном выпить чашку чая, как вдруг увидела сидящего за столом мужа.

– А чего это ты тут без света сидишь? – поинтересовалась она, включая таймер чайника.

– Мне надо с тобой очень серьёзно поговорить. – произнёс Вениамин глядя невидящим взглядом в окно.

– По поводу моего позднего прихода, да ладно, у нас в галереи очень много дел, мы готовим выставку, всё лежит на мне. – говорила и говорила Лика, её как будто прорвало.

– Такое впечатление – продолжала она: – Что я одна здесь работаю, и наконец, я очень устала, хотелось бы покоя в собственном доме. На работе нервы, домой приходишь, и здесь, одна нервотрёпка, то ты со своими требованиями, то Сандра пищит. У меня мигрень от всего этого! – всё не унималась Лика.

– Мне нужно уехать. – сказал Вениамин всё так же продолжая смотреть в окно.

– Это какой-то ужас, одни нервотрёпки: – не унималась Лика. – То одно, то другое, командировка, какая ещё командировка? Езжай, плакать не буду. От тебя и так последнее время проку никакого.

– Я должен уехать надолго. Денег я вам оставлю, у меня есть некоторые сбережения. – всё также спокойно продолжал учёный.

– Хорошо, и куда же ты поедешь? – вопрос прозвучал с некоторой долей издевательской нотки в голосе.

– Наверное, секрет как всегда. Хотя мне по полному счёту наплевать. Давай, катись! Денег он нам оставит, посмотрите на него. А тебе в голову не приходило спросить о моих планах? Может быть, мне тоже надо будет уехать. По работе конечно. – произнеся это, Лика села напротив мужа, ожидая, какая будет реакция.

– Как уехать? – Вениамин оторвал свой взгляд от окна и непонимающе посмотрел на жену.

– Какая поездка? А дочь с кем останется? Ты ей внимания и так совсем не уделяешь, а тут ещё какие-то поездки. Она целыми днями на попечении Дарьи Васильевны. Головой то маленько думай, с работой своей совсем про дом забыла. – учёный был несказанно поражён. Дочери ведь именно сейчас требовалось как никогда родительское присутствие и забота.

– Конечно, тебе можно уезжать, у тебя ведь важные и неотложные дела, а я так, ерундой страдаю. – Лика негодовала: – Ты короче как знаешь, я тебе сказала, мне тоже нужно уехать и я поеду, это решено. Если так переживаешь о дочери, оставайся сам дома. Поедешь в таком случае в другой раз. Если же уж так тебе так надо убраться отсюда, то вон, отвези её своей матери. Пусть она тоже примет участие в воспитании внучки. Мне кажется, это прекрасный выход из создавшегося положения.

Лика была довольна собой, ведь именно ей удалось найти выход, из, казалось бы, безвыходной ситуации.

– А надолго тебе нужно уехать? – спросил Вениамин жену.

– Ну, ты знаешь – начала Лика более миролюбиво видя, что муж сам не замечая того уже принял её отъезд: – Я вообще-то точно сказать не могу. Мы открываем новый филиал нашей галереи в Италии, там, очень много работы. И всё как всегда на мне. Думаю, что такая грандиозная работа займёт порядочно времени, в смысле, надолго затянется. Но сам подумай, как долго я к этому стремилась.

– Короче, мы договорились. А деньги, что ты хотел нам оставить, можешь отдать своей мамуле, пусть дочь наша не будет нуждаться. – Лика встала и вышла с кухни. Она была довольна собой, всё решила без особого драматизма.

Чайник согрелся, но пить чай уже никто не хотел.

– Что же ты за мать такая? – только и сказал ей вслед Вениамин, хотя этой фразы Лика уже не услышала.

Учёный прекрасно понимал, жена его именно так всё и сделает, как сказала. Ему же, возникшие проблемы придётся решать самому.

Вениамин взял телефон из своего портфеля и набрал номер матери. Длинные гудки, затем трубку подняли.

– Алло мама, это я, прости, что так поздно, просто дело очень срочное. Долго рассказывать, короче ты не могла бы взять Сандру к себе? – выпалил на одном дыхании Вениамин, он знал, что матери это придётся не по душе. Она не касалась их семейных дел с тех пор, как он женился на Лике против её воли. Она, то есть Лика, сразу не понравилась его матери, которая внучку ни разу так и не видела, такая сильная обида на сына, и неприязнь к невестке обосновалась у бедной женщины в душе.

– Здравствуй сынок. – начала разговор Галина Афанасьевна. – Для начала хоть бы поздоровался с матерью.

– Что же за спешка такая, чтобы будить пожилого человека среди ночи, до утра это не могло подождать? – она говорила это, осознавая, что именно так и обстоят дела. Сын, зря тревожить, тем более в такой час не стал бы, очень хорошо мать знала его.

– Мама, здравствуй, конечно. Мне, очень нужна твоя помощь. Только к тебе я могу обратиться с этим. Мамуля, помоги, прошу. – продолжал излагать Вениамин.

– А что же твоя, прости за выражение, никчёмная супруга? В делах как всегда, наверное, занимается только собой распрекрасной? – Галина Афанасьевна не могла не сказать в адрес невестки, пару тройку лестных слов.

– Ладно, конечно я помогу тебе, в конце концов, мы же родные люди. Кто же тебе поможет как не мама. Раз уж жена тебе досталась никчёмная. – не смогла опять удержаться мать учёного, от комментария в сторону, неприятного для неё человека.

– Ну, хорошо, с разбором твоих семейных дел покончим. Говори что нужно-то конкретно, а то, со сна то я не совсем поняла, чего от меня то требуется. – спросила она сына.

– Мама, нужно, чтобы ты взяла к себе Сандру на какое-то время. – пояснил Вениамин.

– Ну конечно сынок, а на какое время? Я конечно старушка хоть куда, но здоровьишко иногда пошаливает. Ты не подумай там ничего такого, я помогу, но ты помни, мне иногда бывает, ни до чего, а тут ребёнок маленький. – Галина Афанасьевна от всей души хотела помочь сыну, но ведь и ей иногда необходима была помощь, а малютка, это огромная ответственность.

– Не знаю. – совсем тихо произнёс поникшим голосом учёный: – Мама, это очень срочно, тебе придётся приехать завтра, часам к 7.30 и забрать Сандру. Мне необходимо уехать, Лика тоже уезжает по своим делам, правда не знаю когда, но дочку лучше забрать завтра, чтобы я был спокоен. Денег я передам, за это ты не переживай. Обещай мама, что завтра утром ты приедешь за Сандрой. – умоляющим тоном закончил Вениамин.

– Конечно, можешь не сомневаться, я всё сделаю как надо. Езжай сынок, про деньги мог бы не говорить, но раз так, то лучше оставь их дочке, чем своей благоверной. Только очень- то не задерживайся, всё-таки я не молодая девочка, с ребёнком ведь столько сил нужно. – Галина Афанасьевна говорила тихим голосом. В какой-то степени она была рада, что придётся жить вместе с внучкой.

Тишина в доме не доставляла ей большой радости, хотелось больше жизни чувствовать вокруг. С Сандрой эта проблема будет решена.

– Надеюсь, характер у девочки будет не как у её непутёвой мамаши. – закончила она.

– Спасибо мама. Как только смогу, я свяжусь с тобой. Береги дочь. Целую тебя и до свидания, надеюсь, очень скорого. – Вениамин повесил трубку. На душе у него было спокойно, зная, что мать сделает всё возможное по отношению к ребёнку сына. Она хоть и любила поворчать, но являлась человеком слова. На неё можно было положиться, Сандра будет в надёжных руках.

Странно, ведь надёжней родительских рук, как правило, нет ничего для детей, и печально сознавать, что их руки, Вениамина с женой не стали таковыми для их малютки. Одно учёный решил точно, он, во что бы то ни стало, обязательно вернётся, и посвятит всё своё дальнейшее время воспитанию дочки. Хотелось только надеяться, что это произойдёт как можно раньше.

Теперь можно было пойти, собрать чемодан, прилечь поспать, судя по всему, не удастся.

Галина Афанасьевна повесила трубку. Какое-то время, она сидела, глядя прямо перед собой невидящим взглядом, потом встала со стула, походила по комнате и вновь подошла к телефону. Набрала номер, и стала ждать, когда снимут трубку на другом конце провода. Уже было поздно по времени, и она понимала, что беспокоит людей в очень не подходящее время для телефонных звонков, но твёрдо решив сделать то, что собралась, отступать не собиралась.

– Алло. – раздался в трубке сонный женский голос.

– Привет подруга, это я, Афанасьевна. Прошу прощения, что так поздно, но мне очень срочно, иначе не стала бы тебя тревожить. – извиняющимся тоном начала она.

– Да ладно, всё равно разбудила. Что случилось то? – голос бабы Марины, а это была именно она, звучал понимающе, с долей появившегося любопытства.